Футбол України 540 15 травня, 21:00

С героем этого интервью мы познакомились еще 25 лет назад — в лаборатории киевского «Динамо». Для входа в орден хранителей знаний требовалось заветное слово. За меня как интервьюера похлопотал один из учеников Анатолия Зеленцова. А от кого дознался пароль Милетий Бальчос и, главное, каковы последствия этого действа, он поведает сам. В день своего 70-летия.

«Все есть число»

— На пороге Анатолия Михайловича Зеленцова я оказался не случайно. Набравшись, можно сказать, наглости, весной 1995 года постучался в дверь научно-методического центра «Динамо», располагавшегося тогда в просторном подвальном помещении на улице Костельной, и наразился на вопрос в лоб: «Чего ты сюда пришел?» Я ответил: «Хочу все знать!» Это были кодовые слова, с них все и началось.

А теперь, Милан Владимирович, чуть подробней...

— Теорию методики физвоспитания в Тернопольском педагогическом институте вел Богдан Михайлович Шиян. Он подавал материал так, что у въедливого студента непременно возникали вопросы по существу. Вот я, имея за плечами десяток лет тренерской работы, изучая специальные труды, используя методику программирования подготовки Андрея Николаевича Романенко, курировавшего научно-методическое обеспечение футбола в Украине, и стал их задавать. И тут вскрылось, насколько я еще темный.

Словом, учиться и учиться... Отставив тренерство, я поступил в Высшую школу тренеров при Киевском институте физкультуры. Правда, после месяца занятий посещать их уже не хотелось — материал, который там давали, для меня был пройденным этапом. Вместо этого я пропадал в читальном зале, где самостоятельно штудировал биохимию, биомеханику, физиологию, теорию и методику спорта. В итоге пришел к Зеленцову.

В 1970-80-е уважающий себя футбольный болельщик, пожалуй, обиделся бы, поинтересуйся я знает ли он имя Зеленцова. Но время неумолимо. Новые поколения вряд ли признают несуразным данный вопрос. Для них и задаю его что это был за человек?

— Анатолий Зеленцов всецело посвятил себя спортивной науке, создав оригинальную систему точного расчета тренировочного процесса, математическое моделирование нагрузок. Вместе с Олегом Петровичем Базилевичем и Валерием Васильевичем Лобановским он стоял у истоков разработки современной методики тренировки футболистов.

Эти выдающиеся люди еще на заре 1970-х заложили фундамент будущих побед киевского «Динамо». Уникальность выработанной ими методики — в разносторонней оценке функционального состояния организмов футболистов. Цифры демонстрируют ясную, объективную картину, опираясь на которую, тренеры обрели возможность моделировать программу подготовки команды. А в случае необходимости и корректировать ее.

Все есть число, — любили повторять Лобановский и Зеленцов, работая отнюдь не вслепую. В их понимании термин моделирование подразумевал процесс управления поведением человека и даже группы людей. В данном случае — в рамках футбольной игры.

К тому же, насколько я помню, накапливая передовые знания, наши специалисты не утаивали их. И даже наоборот!..

— Совершенно верно. Что тоже было неслыханно. Они открыто проповедовали свои взгляды, обращая в научную «веру» немало коллег. Так, еще на рубеже 1980-90-х на основе методики киевского клуба была кардинально перестроена работа тренировочного центра в Коверчано — базы подготовки сборных Италии. Многое переняли и футбольные центры Германии, Испании, Голландии, Бельгии...

По большому счету эти наработки актуальны и сегодня. Во всяком случае они явились основой для выхода футбола на качественно новый уровень. И хотя процесс обновления и совершенствования знаний, умений непрерывен и бесконечен, вклад гениальной киевской плеяды в интенсификацию современного футбола весьма значителен.

А что самое ценное вынесли из научно-методического центра «Динамо» вы?

— Прежде всего — целостное восприятие системного подхода. Это ключ ко всему! Ведь для того, чтобы чего-то достичь, нужно поставить перед собой цель. И уже, видя эту цель, разрабатывать алгоритм поведения системы, которая должна привести к искомому результату.

Я чрезвычайно обязан и благодарен тем людям, которые на протяжении двух лет помогали мне овладевать этим пониманием. Приобретенные у них знания сыграли очень важную роль в моей последующей деятельности.

Главное — ввязаться в бой!

Но к тренерству вы так и не вернулись, перейдя на стезю футбольного функционера. Почему?

— Впитывая знания, я осознавал, что возвращаться к тренерской работе на том уровне, который был мне доступен, смысла уже нет. Так у меня вызрела более смелая идея. С ней я и направился на встречу с Григорием Суркисом.

Который тогда был главой динамовского клуба и президентом только-только созданной Профессиональной футбольной лиги...

—…И еще вице-президентом Федерации футбола Украины, де-факто курировавшим все текущие профильные вопросы. Ему я и предложил подумать о создании научно-методического центра ФФУ и центра лицензирования тренеров. Григорий Михайлович задал несколько вопросов, выслушал пояснения, а затем спросил: «Как думаете, функционирование федерации, в том числе и реализация ваших проектов, — насколько все это осуществимо без программы развития футбола в Украине? Вы способны за нее взяться?»

Это был, как гром среди ясного неба. Задача — просчитать ресурсы всей страны, но кто я? Самоучка из Бердичева... Говорю, подумать бы, хорошенько взвесить, способны ли мои мозги на такое. В ответ: «Вы пришли с конкретными наработками. Очевидно, желая трудоустроиться. Что ж, я готов проверить вас. Не мешкайте с ответом и вы. Да или нет?» Я согласился.

Да. Главное ввязаться в бой. Тем более, что это предложение вполне соответствовало вашей натуре и наверняка даже льстило...

— Я скорее был ошарашен. Все же имел представление — что это за махина, какой величины пласт предстоит поднять. Но работа увлекла. Все было одновременно и в новинку, и в удовольствие. Плюс шанс применить знания, проверить себя. Пришел к Зеленцову, мол, так и так, буду разрабатывать программу развития футбола. «Я видел разных дураков, но таких, как ты, еще не встречал, — поздравил меня Анатолий Михайлович. — Соображаешь хоть, во что влез? Начинай соображать, потому что день и ночь теперь спать не будешь...»

Ну, такого, чтобы днями и ночами мы не спали, не было. Хотя легкой прогулки тоже не предвиделось. Кого-то из членов рабочей группы, в которую удалось собрать ученых, признанных корифеев спортивной науки, пришлось убеждать, с кем-то серьезно дискутировать. Но в конце концов мы пришли к единому знаменателю и, стартовав в середине 1996 года, к началу 1997-го уже родили системный документ.

Вот когда я испытал, пожалуй, самое большое удовлетворение от проделанной работы! Целевая комплексная программа развития футбола в Украине на 1997-2008 годы вскоре была принята.

Удовольствия: каждому — свое...

Я таким и запомнил вас, зарытым в бумаги с головой. И, самое для меня поразительное, что эта суета доставляла вам радость.

— Это надо прочувствовать. Что я из себя тогда представлял? Энтузиаст, бывший тренер футбольной команды военного округа, доброволец-стажер из лаборатории. И вдруг — такой скачок! Я был невероятно горд — порученный мне проект был утвержден Кабинетом Министров! Такие ощущения где я мог еще испытать?

Ведь это была первая задача стратегического порядка, которую мне — конечно, не мне одному, это было общее детище группы людей — удалось решить. Все шероховатости, встречавшиеся на пути, тут же ушли на дальний план. Все наши споры, разногласия, расставания и обиды.

Что эта программа и аналогичные ей документы реально дали футболу? Без ваших бюрократических успехов что было бы невозможно?

— Органы власти относились бы к футболу безучастно. А так чиновникам пришлось вникать в проблемы областных федераций, подключаться к строительству полей и площадок, внедрять урок футбола. Без ресурсов, предусмотренных в том числе и в программе 1997 года, наш футбол в регионах мог запросто зачахнуть. Чего не случилось.

К примеру, за последнее время немало квалифицированных футболистов уехало играть в другие страны. Да, на смену им не всегда приходят игроки с таким же уровнем подготовки, но все же они есть. Наш футбол болезненно, но адаптируется, перестраивается на ходу. И это при том, что из процесса временно выпали такие футбольные центры, как Харьков, Запорожье, Кривой Рог, а еще Донецк, Луганск, Крым...

Согласен, звучит убедительно, но где здесь удовольствие? В чем же еще смысл футбола, если не в нем?

— Удовольствия даже в футболе разные. Добиться позитивного результата там, где его раньше не было, разве это не повод для самоуважения? Или, допустим, разрешить проблему, от которой шарахались все? Скажем, с Регламентом по статусу и трансферам футболистов у нас был жуткий хаос, мрак. Клубы годами конфликтовали друг с другом, с игроками, доходило даже до разбирательств в ФИФА. Теперь там порядок.

Как и в уставах национальной, региональных федераций, ПФЛ, регламентах соревнований, в том числе региональных, положении о работе комитетов ФФУ, дисциплинарных правилах... Иногда задумываюсь, неужели я действительно поспособствовал избавлению украинского футбола от целого вороха проблем? И это осознание согревает.

Про закон и порядки

С радостями управленца, будем считать, разобрались. Провокационный вопрос: обменять на них тренерскую долю оно того стоило? Душу ничто не бередит?

— Только когда вспоминаю ребят, игравших в моей армейской команде. Кто-то из них был востребован в высшей и других союзных лигах, в киевское «Динамо» ушел Сергей Ковалец, некоторые игроки привлекались в сборную Украины. С огромным воодушевлением вспоминаю тот период, но ни о чем не жалею. Разве что иногда, оказываясь у кромки газона, где идет тренировка, подмывает взять тренерский свисток с секундомером.

С запорожским «Металлургом» как-то ездили на учебно-тренировочный сбор на Кипр. Как консультант-методист я много и продуктивно общался с Александром Томахом, мы проговаривали модели ежедневных занятий. Видя мои глаза, он и предложил попрактиковаться. Так я провел две полноценные тренировки с профессиональной командой. Как сказали коллеги, все прошло на достойном уровне.

Пик вашей карьеры четыре года работы во главе Профессиональной футбольной лиги. Почему не удалось задержаться подольше?

— Я допустил промах в 2014 году, позволив себе проиграть выборы. Доверился своему заместителю Сергею Макарову, которого сам же и вырастил, а он нанес удар в спину. Позже выяснилось — не мне одному. Помните недавнее исключение из Исполкома ФФУ Александра Бандурко, Игоря Кочетова и Артема Франкова? Макаров проголосовал «за», но прежде, чем поднять руку, извинился перед сидевшим рядом Франковым. Они — кумовья...

Лигу вы приняли не в лучшем состоянии. С дырой в бюджете и дезорганизованной командой. Как выкарабкивались?

— Мой предшественник, как установил суд, допустил халатность на весьма значительную сумму — около 2,5 млн. гривен. Но ПФЛ не только устояла на плаву, но и довольно быстро пошла в рост. Пришлось вновь применять научный подход, перед утверждением штатного расписания продумывать функциональную систему администрации. Стояла задача — клубы не должны платить взносы. Лига училась зарабатывать, чтобы не только выйти на уровень самообеспечения, но еще и поддержки клубов.

Первый сезон ушел на организационные дела, на втором мы уже представили титульного спонсора, заработали первый миллион, затем еще. Помимо того, тогда же приступили к разработке двух законопроектов — по борьбе с коррупцией в футболе и обеспечению правопорядка и безопасности на стадионах во время проведения матчей. Подготовили, зарегистрировали в Раде, но когда пошло их обсуждение в профильных комитетах парламента, наступил 2014 год. События на Майдане отвлекли служителей закона от насущных дел, и все застопорилось.

Не навсегда же. К этим законопроектам разве не вернулись позднее? Они же были приняты новым составом парламента.

— Ну, если хотите, я расскажу подноготную. В которой очень неприглядно выглядит действующий президент ФФУ и глава Бюджетного комитета Верховной Рады Андрей Павелко. Он на каждом углу заявляет, что закон по борьбе с коррупцией в футболе — его детище. Да будет известно, что это не так!

В том числе напоминаю ему: уважаемый Андрей Васильевич, вы взяли законопроект, который я переслал по электронной почте в федерацию (надеясь, что меня привлекут к этой работе), отдали его в переработку, изменили фразы, кое-что вычистили, и именно этот закон впоследствии был принят. Так что это наш, а не ваш закон! Это первое.

Второе. Вы, Андрей Васильевич, законопроект не читали, вряд ли даже держали его в руках. Вы же считаете себя одним из ведущих юристов Украины, вы так кичитесь своим членством в Юридическом комитете УЕФА... Но тогда как же, обладая таким опытом и знаниями, вы не заметили, что на этапе разработки этого документа мы, его авторы, упустили ряд аспектов, из-за которых этот закон, будучи принятым, практически не работает...

ФФУ: реформы неизбежны!

Ваши откровения вряд ли кого-то удивят. Это все мелочь в сравнении с другими деяниями бригады, на наших глазах превратившей ФФУ в структуру-паразита.

— Увы, в Доме футбола почти не осталось сотрудников, работавших до прихода в него Павелко. Кадровая система разрушена, людей футбола, разбирающихся в его тонкостях, под различными предлогами убрали на обочину. Как следствие — позор с дисквалификацией юношеской сборной U-17, в результате чего пострадали специалисты, не имевшие к этому никакого отношения.

А недавнее «дело Мораэса»?.. Инфекция уже переходит на уровень национальной сборной! Хорошо, что ситуацию удалось спасти хотя бы в последний момент. Но все равно я представляю, что почувствовал главный тренер команды и его штаб. Как им, профессионалам с мировой репутацией, воспринимать все происходящее в этом болоте?

Ну и эпопея с заводом по производству искусственной травы. К написанному и рассказанному в прессе могу добавить, что называется, из личных наблюдений. Вот в Бердичеве сдали площадку... Ее цена — максимальна, стоимость травы завышена процентов на 30, о чем все в городе знают, а сделано только верхнее покрытие и ограждение. «Подушка» осталась нетронутой...

В нашем футболе остались силы, способные разрулить эту проблему? Какие вообще могут быть пути ее решения?

— Я не сомневаюсь, что такие силы есть. И они должны вернуть системный подход в управление национальным футболом.

Какой ценой? Ведь понимая, к чему идет, Павелко как бы застраховался избранием в Исполком УЕФА...

— Все средства хороши, если в их основе нет политики. Почему Павелко чувствовал себя столь вольготно? Потому, что у него была, прощу прощение за выражение, крыша. Все понимают, какая. Поэтому даже публикации в СМИ, наших и зарубежных, не доставляли ему дискомфорта. Я уверен, что и в состав Исполкома УЕФА его в буквальном смысле затянули, пожертвовав мандатами делегатов двух стран, но это уже отдельная история...

Окей, ФФУ избавится от мародеров, а что потом? Структура управления футболом останется прежней? Ведь если начистоту, в глазах аппарата Дома футбола региональные федерации это иждивенцы. И что, тем, кто сменит Павелко, снова опираться на них? Может, напрашивается реформа? Не пора ли вовлекать клубы в этот процесс?

— Когда-то вместе с Александром Бандурко и Анатолием Биденко мы обдумывали возможное участие клубов в работе Исполкома ФФУ. Сколько их должно быть, какая квота... Была даже эпопея с флеш-мобом клубов — они массово писали, требовали предоставить им статус коллективных членов ФФУ. Однако тогда эта тема не казалась безотлагательной. Потом на олимп футбольной власти был возведен Анатолий Коньков, и все вопросы отпали.

Сегодня они вновь актуальны. Мне кажется, что резервы нашего футбола в разумной, просчитанной консолидации. И здесь без усиления роли клубов, очевидно, не обойтись. Почему даже на европейском уровне возникает идея создания суперлиги? Деньги! Клубы должны зарабатывать. А у нас это удается в какой-то мере только «Динамо» и «Шахтеру». И то благодаря турнирам УЕФА.

До тех пор, пока украинский футбол не возьмет курс на содержание себя, ни о каких серьезных сдвигах не стоит и думать. Но в авангарде этого процесса должна идти национальная федерация. Ее роль — генерировать стратегию. А тактическое управление клубной деятельностью — это уже прерогатива Премьер-лиги и ПФЛ.

Я мечтаю вернуться в Дом футбола, вновь здороваться за руку с людьми-созидателями, вместе с которыми хочется не разрушать, а строить. Сил, идей и энергии более чем достаточно. Да и интуиция подсказывает, что такой шанс еще представится.

Генезис — ренессанс — декаданс...

За эти четверть века вам довелось пересечься в работе с каждым из президентов ФФУ. Каков их след в истории нашего футбола?

О Викторе Банникове скажу так — честь и хвала ему за то, что в период становления Украины он смог удержать наше хозяйство от полного развала. Под его руководством был создан фундамент, на котором затем строилась пирамида. Но самое главное, что ему и его команде удалось сохранить вертикаль соревнований — от дворового уровня до высшего спортивного разряда, а также наладить сотрудничество с ФИФА и УЕФА.

У нас были встречи с Виктором Максимовичем по вопросам концепции развития футбола, предшествовавшей комплексной программе. Он с интересом знакомился с документами и, как мог, поддерживал нас. К глубокому сожалению, из жизни первый президент ФФУ ушел преждевременно — в 62 года. Учебно-тренировочный комплекс ФФУ, расположенный напротив Дома футбола, заслуженно назван его именем.

Валерий Пустовойтенко являлся скорее номинальным руководителем федерации, а всю текущую футбольную работу выполняли вице-президенты. Что, впрочем, на том этапе выглядело вполне оправданно, ибо в лице министра Кабинета Министров, а затем и премьер-министра Украины встававший на ноги профессиональный футбол имел защиту от назойливой опеки со стороны государства.

К тому же у Валерия Павловича действительно хватало забот — экономика страны переживала полный крах. Думаю, футбол для него был скорее отдушиной — в этой области успехи Украины были все же ощутимыми. Ему это добавляло авторитета. С ним контакт был регулярным на этапе разработки программы — раз в неделю он выслушивал меня как главу рабочей группы, хотя каких-то замечаний, пожеланий и не выказывал.

Какой еще позитив президентства Пустовойтенко? За его спиной созревал как управленец Григорий Суркис. Под эгидой созданной в 1996 году ПФЛ он по сути и запустил маховик обустройства нашего футбола, невзирая на экономическую стагнацию. Ну а период, когда Суркис возглавлял ФФУ, я считаю порой футбольного ренессанса.

Опять же сажусь на свою конячку... Системный подход! Григорий Михайлович, как никто другой, умел четко определить цель, к которой нужно стремиться, и знал, как и за счет чего ее достичь. Вот если стояла цель — Евро-2012, вся работа ФФУ была подчинена ей. Если стояла цель — максимально насытить страну детскими футбольными площадками, инициировать проведение урока футбола в школах, вся пирамида федерации направляла усилия в это русло.

К сожалению, преемники Суркиса не удержали планку, поднятую при нем. На закат мы пошли при Конькове. Да, это был величайший футболист, отличавшийся жестким, железным характером, который позволил ему проявить себя и в качестве незаурядного тренера. Но вот для руководства ФФУ Анатолию Дмитриевичу характера как раз и не хватило. А еще знаний и целеполагания. Зато превалировало себялюбие и упрямство. Назову это так.

С Павелко все давно понятно. Сплошное самолюбование и нарциссомания, за которыми ничего больше нет. Дом футбола превращен в современную, хорошо оснащенную теплицу, где процветает коррупция. Он и его временщики множат только потемкинские деревни.

Чтобы управлять, нужно знать!

Рассвет всегда сменяется закатом. Впрочем, как и наоборот. Если вернуться к нашему началу. Представим, что в 1995-м по дороге в лабораторию Зеленцова вам встретилась гадалка... Поверили бы ей?

— Поверить в то, что я пройду путь от самих корней, низов до президента Профессиональной футбольной лиги?! Да вы что! Невозможно. Но все это — не мои личные заслуги. Огромную роль в моей судьбе сыграли окружавшие меня люди, поддерживавшие в решении проблем, помогавшие разбираться в сложных ситуациях.

А учиться, к счастью, было у кого. Анатолий Зеленцов, затем мои ровесники Григорий Суркис, Александр Бандурко. Иногда, правда, мы и с Александром Ивановичем спорили. В основном по вопросам подготовки регламентных документов. Я его выслушивал, уходил и делал по-своему. Признаюсь об этом впервые. Хотя, скорее всего, он и так знает.

Хорошие уроки преподали мне и Валерий Мирский, первый секретарь ПФЛ, и Василий Заброда, технический директор ФФУ. Бюрократическую хватку в работе, настырность я перенял у них.

А если расширить спектр поиска, выйти за пределы спорта...

(Взяв паузу...) Тогда ориентир — Николай Амосов. Говоря о жизненном предназначении человека со специальностью хирург, наш выдающийся ученый-медик рассуждал так: за операционным столом все процессы реализуют пальцы врача, и чем выше его знания, тем лучше управление ими и результат. Отсюда и жизненное кредо. Чтобы управлять, нужно знать!

Игорь ЛИННИК

Читайте нас в Telegram